Доступность Арктического шельфа: разведочное бурение в стратегии освоения месторождений - Актуально - Статьи журнала
14 мин
15
0

Доступность Арктического шельфа: разведочное бурение в стратегии освоения месторождений

Доступность Арктического шельфа: разведочное бурение в стратегии освоения месторождений

Доступность российского нефтегазового арктического шельфа во многом определяется стратегией его освоения, которая реализуется через рациональные схемы использования возможностей государственного инфраструктурного строительства и потенциала отечественных коммерческих компаний. Важнейшим фактором является государственное управление этими возможностями для создания условий взаимодействия на различных этапах освоения месторождений.

Очевидно, интегральным показателем доступности российского арктического шельфа для разработки морских нефтегазовых месторождений является создание возможности плановой добычи, переработки и использования нефти, газа и газового конденсата. Весь процесс достижения этой цели можно разделить на основные этапы, т.е.

- предварительные поисковые исследования,

- поисковая и разведочная сейсморазведка,

- поисково-разведочное бурение,

- добычное бурение,

- промышленная разработка, добыча и переработка продукции месторождения,

- отгрузка, транспортировка,

- поставка потребителю.

Смысл обозначения первых трех этапов освоения месторождений курсивом станет понятен из приведенных ниже положений.

В принципе, возможны два различных, но взаимодополняющих варианта действий при выполнении задач каждого из перечисленных этапов.

Один из них, «коммерческий», который может быть построен на основании широкого использования промышленных, финансовых и коммерческих механизмов международной кооперации и взаимодействия. Сотрудничество в этом направлении имеет огромные и понятные преимущества, однако, как и у всякого процесса имеет место и негативная сторона, которую не стоит упускать из вида. Например, в процессе такого сотрудничества для российских нефтегазовых компаний становится целесообразным использовать административные ресурсы для получения лицензий на разработку нефтегазоносных участков шельфа. Сам по себе факт наличия таких лицензий является благом для компании, и дает возможность повышения её капитализации в коммерческом финансовом аспекте своей деятельности. Однако, появляется тенденция к ограничению лишь финансово-коммерческой деятельностью, а всю тяжелую работу по промышленному освоению лицензионных участков переложить на иностранные компании, имеющие обширный опыт и технологические возможности проведения морских работ. Но, поскольку для них коммерческие, промышленные и финансовые интересы не могут ограничиваться только функциями подрядчика, появляется вынужденная необходимость привлечения иностранных компаний в качестве совладельцев российского нефтегазового бизнеса. Оптимальной формой такого взаимодействия является построение партнерских отношений и сбалансирование бизнес-интересов. Однако, равновесие, при этом, является неустойчивым, зависит от множества привходящих факторов и легко может быть нарушено. Типичным примером является известная история с санкциями против российских компаний, направленными на конкурентное разрушение наших технологических возможностей. Крайне негативной, в «коммерческом» варианте, для технологического развития моделью является колониальная форма взаимодействия с иностранными компаниями на основании соглашений о разделе продукции. При этом, никакой промышленной и технологической кооперации вообще не предусматривается, а минимально приемлемая доходность держателя государственной лицензии является, фактически, не слишком дорогим входным билетом на чужой шельф.

Существует обширный мировой опыт по сейсморазведке и морскому разведочному бурению, а также развитый морской рынок сейсморазведочных судов и морских мобильных буровых установок различных типов. Однако довольно сложно, а практически и невозможно, подобрать для фрахта и использования в российской Арктике необходимое судно или установку, оптимальные по временным и технологическим параметрам. В дополнение к этим трудностям, возникает проблема с привлечением средств обустройства с целью формирования адекватного комплекса морских средств по обеспечению сейсмических и буровых работ, которые имели бы соответствующий ледовый класс, автономность, грузоподъемность и пр.

Вполне естественно, что российская частная компания, даже с высокой долей государственного участия, объективно стремится сократить свои финансовые издержки и минимизировать расходы инфраструктурного характера. При наличии эффективных мощностей по континентальной разведке, добыче, переработке и транспортировке углеводородного сырья, требуются веские основания заниматься протяженными во времени, дорогостоящими и рискованными шельфовыми проектами. Так, например, разведочная сейсморазведка и разведочное бурение требуют значительных собственных инвестиций в реализацию лицензионных обязательств, а риски низкой коммерческой эффективности или несвоевременного введения месторождения в эксплуатацию достаточно высоки. Однако их опыт буровых работ и обустройства наземных месторождений может быть эффективно использован для промышленного освоения нефтегазового шельфа на этапах добычного бурения, добычи, переработки и поставки продукции.

Второй вариант - «государственный», который естественным образом формируется на основании исторического российского опыта целевого государственного планового управления. Дискуссия на эту тему продолжается и может продолжаться неопределенно долгое время, однако, уже последнее двадцатилетие дало возможность оценить и сопоставить недостатки и преимущества такой системы централизованного развития крупных государственных промышленных проектов. При аккуратном использовании механизмов планового управления есть возможность включить в процесс освоения арктического шельфа необходимый собственный промышленный потенциал, с учетом необходимого целесообразного уровня международной кооперации. Пренебрегать использованием такого централизованного механизма крайне нерационально, учитывая то, что арктический нефтегазоносный шельф является территориальным, а российский научно-технический, проектный и промышленный потенциал вполне соответствует поставленной задаче обеспечения доступности ресурсов. С этой точки зрения нет необходимости использования рискованных рыночных коммерческих механизмов на ранних этапах освоения месторождений, к которым относятся этапы предварительных поисковых исследований, поисковой и разведочной сейсморазведки, а также поисково-разведочного бурения, а более целесообразно использовать целевое плановое финансовое и промышленное управление.

Одним из важнейших аспектов конкуренции с иностранными компаниями в развитии арктических шельфовых буровых технологий является доступность финансовых ресурсов для долговременных промышленных проектов. «Западная» практика финансирования располагает возможностью обеспечить приемлемое финансирование в масштабах 20-25 лет, чего в российском коммерческом кредитовании ожидать не приходится. Поэтому, для обеспечения доступности российского арктического нефтегазового шельфа, по крайней мере на этапах сейсморазведки и разведочного бурения, необходимо противопоставить коммерческим и технологическим возможностям иностранных компаний централизованный финансовый и научно-промышленный государственный потенциал.

Таким образом, в вопросе о доступности нефтегазовых ресурсов российского арктического шельфа, сегодня представляется назревающей, а возможно и очевидной, необходимость принятия решения о преимущественном варианте на конкретных этапах освоения морских месторождений.

Имеет смысл отметить также, что мировой рыночный механизм регулирования морской нефтегазовой отрасли, со своими инструментами конкуренции, скрытого государственного влияния участников и откровенного внекоммерческого подавления в виде санкций, достаточно сложно преодолеть внутрироссийскими коммерческими технологиями. Для противодействия санкционным ограничениям и успешной конкуренции на внешнем и развития внутреннего нефтегазового рынка, в России есть все необходимые научные, проектные, промышленные и ресурсные предпосылки, которые предопределяют целесообразность усиления государственного планирования при освоении собственного арктического шельфа. Возникает только вопрос, – на каком этапе этого процесса целесообразно использовать коммерческий, а на каком государственный вариант? Основывать ли освоение нефтегазового шельфа на использовании коммерческих принципов и преимущественного ответственного вовлечения в этот процесс крупных частных компаний с государственным участием, или, все же, опираться на централизованное государственное управление с привлечением частных компаний в качестве ответственных исполнителей отдельных технических и коммерческих функций?

Исходя из общего принципа о том, что инфраструктурное строительство является государственной задачей ( по аналогии со строительством дорог, портов и пр. ), начальные этапы освоения нефтегазоносного шельфа должны выполняться на основании плановой государственной деятельности. Основными этапами такого инфраструктурного строительства являются предварительные поисковые исследования, морская поисковая и разведочная сейсморазведка, а также разведочное бурение. После выполнения этих работ, когда определены основные параметры месторождения, его конфигурация и коммерческая эффективность, ответственность за освоение месторождения, в том числе и за добычное бурение могут быть переданы в руки коммерческих компаний на основании лицензий. При таком построении процесса освоения месторождений у частной компании появляется возможность планирования своей доходности на основании понятных бизнес-проектов, так как продуктивность месторождения является доказанной предшествующими государственными инфраструктурными исследованиями. Выполнение ими лицензионных обязательств даст возможность вернуть в бюджет государственные инвестиционные финансовые средства на инфраструктурное строительство. Следовательно, лицензии на разработку российских нефтегазовых месторождений должны выдаваться после завершения государственных инфраструктурных исследований. С одной стороны, такая схема приведет к повышенной нагрузке на бюджет, однако, с другой, даст возможность серьёзно повысить интерес частных нефтегазовых компаний к расширению своего бизнеса на российском арктическом шельфе. В начале статьи первые три из перечисленных этапов обозначены курсивом именно из этих соображений.

Таким образом, при рассмотрении отмеченных выше вариантов, можно сделать вывод о том, что оба варианта имеют свои положительные стороны, однако целесообразность и эффективность их использования определяется этапностью освоения месторождений. Для того, чтобы этот процесс был контролируемым на каждом этапе, требуется общее государственное управление. На этапе предварительных поисковых исследований, сейсморазведки и разведочного бурения – управление должно быть более глубоким, с участием государственной компании как ответственного исполнителя, а на этапе коммерческого освоения – добычного бурения, добычи, переработки и поставки на рынок нефтегазовой продукции – лицензионной ответственностью частных коммерческих компаний.         

Поскольку этап поисково-разведочного бурения подпадает под определение государственного инфраструктурного обустройства морского нефтегазового месторождения, целесообразно рассмотреть, насколько могут быть реализованы возможности импортозамещения в этой части морской деятельности на нефтегазовом шельфе. Как известно, поисково-разведочное бурение предназначено для оконтуривания месторождения и определения его коммерческой перспективности. С этой целью на запланированную глубину бурятся вертикальные скважины, каждая из которых представляет собой капитальное сооружение. Основой технологии разведочного бурения является буровое и технологическое оборудование, а в качестве носителя этого оборудования используется морское сооружение. Таким сооружением может быть платформа соответствующего типа или буровое судно.

Для разведочного бурения на мелководных участках (до 30 м.), в течение допустимого по ледовым условиям временного периода, полагается целесообразным использование самоподъемных буровых установок (СПБУ). На более глубоких акваториях – до 70 м., при ледовых полях толщиной 0,3-0,5 м, в условиях адекватного управления ледовой обстановкой целесообразно использование полупогружных буровых установок (ПБУ). Для более тяжелых ледовых условий и глубин от 70 до 400 м., возможно использование буровых судов (БС) турельного типа, имеющих высокий ледовый класс, якорно-швартовную систему удержания на точке бурения и систему динамического позиционирования.

В связи с тем, что СПБУ, в своем рабочем положении опирается на донный грунт, её палубный буровой комплекс ( т.н. верхнее строение), обеспечивающий процесс бурения, практические повторяет континентальный аналог. Инерционные нагрузки и особенности работы оборудования, связанные с морской качкой в данном случае не рассматриваются. Требуется, однако, адаптация комплекса к гидрометеорологическим условиям эксплуатации с точки зрения винтеризации, антикоррозионной защиты и др. По оценкам ведущих производителей бурового и технологического оборудования сегодня можно рассчитывать на 70-75 процентное импортозамещение и локализацию его производства в России. Сложнее обстоит дело с оборудованием, работающим в морской воде и на донном грунте. Это, прежде всего, райзерная система и подводное противовыбросовое оборудование (превентор). Райзерная система как водоотделяющая колонна обеспечивает функционирование бурильной колонны от поверхности воды до муфты сборного блока противовыбросового оборудования (превентора), который располагается на устье скважины. Райзерная система и превентор требуют своей отечественной разработки, так как являются ключевыми элементами бурового комплекса, и при санкционном ограничении его комплектация не представляется возможной.

Для ППБУ добавляется еще один ключевой элемент, требующий самостоятельной разработки – это компенсатор вертикальных колебаний бурильной колонны. Компенсатор представляет собой гидравлическую систему, отрабатывающую вертикальные колебания ППБУ на частоте наиболее интенсивной вертикальной качки. При разработке компенсатора требуется также комплексное проектирование талевого блока и верхнего привода.

С точки зрения функционирования бурового комплекса, у БС картина складывается аналогичной ППБУ. Разница, довольно принципиальная в пользу БС, заключается в достижимом у него более высоком ледовом классе, развитой системе удержания на точке бурения, высокой технологической автономности, мобильности, меньшей номенклатуре судов обеспечивающего флота в составе средств обустройства и ряд других.

На основании совместного со специалистами ООО «Уралмаш НГО Холдинг» рассмотрения возможностей и путей использования российских буровых технологий, сделан вывод о том, что с целью максимально достижимого импортозамещения бурового и технологического оборудования требуется решение следующих задач :

1.             Модернизация в морском исполнении:

·         буровой вышки с навесным оборудованием;

·         механизма подачи бурового инструмента с главной палубы;

·         механизма подачи секций райзера;

·         механизированных шурфов;

·         буровой лебедки с приводом;

·         буровых насосов с приводом;

·         ротора с приводом;

·         вспомогательных лебедок;

·         укрытия буровой вышки и подвышечного основания;

·         талевого блока;

·         канатной лебедки с приводом;

·         механизма крепления неподвижной ветви каната;

·         системы пневмотранспорта сыпучих материалов;

·         линии дросселирования и глушения;

·         кабины бурильщика;

·         манифольда бурового раствора;

·         цементировочного манифольда;

·         освещения помещений бурового комплекса и вышки;

·         автоматической системы управления основными приводами (АСУ)

·         комплекса циркуляционной системы;

·         системы верхнего привода (СВП) грузоподъёмностью 750 тонн с направляющей;

·         механизма вертикальной расстановки свечей;

·         площадки для центрирования обсадных труб и обслуживания секций райзера с гидравлическим приводом.

2.        Проектирование, изготовление, испытания и поставка основных блоков технологического оборудования:

·           бурового райзера, с комплексом оборудования управления скважиной;

·           компенсатора вертикальной качки бурильной колонны;

·           комплекса подводного устьевого оборудования.

Эти три основных блока являются высоко технологичными изделиями, и их производством занимаются ограниченное количество зарубежных компаний. В случае форс-мажорных, санкционных или каких либо иных проблем с их поставкой, сборка бортового бурового комплекса оказывается невозможной. Поэтому локализация их производства является важной государственной задачей, без решения которой вопрос о доступности ресурсов собственного арктического шельфа становится трудноразрешимым.

В соответствии с требованиями международных сертификационных обществ, подводное оборудование, до поставки, должно проходить соответствующие натурные испытания. Помимо такого рода требований, необходима и собственная проектная и производственная уверенность в технологической готовности оборудования, что может быть получено только на основании натурных испытаний. Создание комплекса, обеспечивающего натурные испытания, является определенной самостоятельной задачей, которая связана с:

- выбором соответствующих акваторий для расположения полигона;

- определением номенклатуры обеспечивающих судов и их фрахтованием;

- наличием производственных возможностей для наладки и подготовки вспомогательного оборудования;

- созданием берегового комплекса обработки информации;

- кадровым обеспечением;

- и др.

Подводя некоторый итог, можно сделать вывод о том, что доступность российского нефтегазового шельфа определяется широким спектром актуальных задач различного масштаба. Наиболее масштабной является задача структурирования государственного подхода к этому промышленному направлению. Возможно, наступает время определенной коррекции принципиального подхода к финансово-промышленной схеме освоения шельфа. Первые этапы, связанные с инфраструктурным обеспечением обустройства месторождений, а именно – предварительные исследования, поисковую и разведочную сейсморазведку, поисково-разведочное бурение целесообразно сосредоточить в рамках компетенции и ответственности государственных организаций, с соответствующим бюджетным финансированием. Когда становится понятна коммерческая целесообразность дальнейшего освоения конкретного месторождения, лицензия на его разработку может передаваться частной компании. И если на первых этапах «до-лицензионной» разработки шельфового месторождения предусматривается глубокая степень государственного управления, с ответственностью исполнителей работ за бюджетные средства, то на последующих этапах «лицензионного» освоения государственное регулирование носит опосредованный характер, и осуществляется через налоговую систему и органы государственного контроля.

Задачи технического масштаба напрямую связаны с вопросами импортозамещения. Например в области морских поисково-разведочных буровых работ в российской Арктике достаточно большая часть оборудования может быть произведена в России. Для него требуется, однако, соответствующая адаптация к морским условиям эксплуатации. Ряд блоков технологического оборудования, работающих в морской среде необходимо производить самостоятельно.

В заключение хотелось бы еще раз подчеркнуть тезис о том, что доступность российского нефтегазового арктического шельфа во многом определяется стратегией его освоения, которая реализуется через рациональные схемы использования возможностей государственного инфраструктурного строительства и потенциала отечественных коммерческих компаний. Важнейшим фактором является государственное управление этими возможностями для создания условий взаимодействия на различных этапах освоения месторождений. Технической стороной такого государственного управления является поддержка работ, направленных на импортозамещение и локализацию производства ключевых технологий, которые могут быть уязвимы в результате конкурентного или санкционного давления.




Статья «Доступность Арктического шельфа: разведочное бурение в стратегии освоения месторождений» опубликована в журнале «Neftegaz.RU» (№7-8, 2015)

Авторы:
Комментарии

Читайте также