С 1 июня российским производителям нефтепродуктов запрещен вывоз авиационного топлива за пределы страны. Запрет, введенный правительством до 30 ноября, не распространяется на керосин, помещенный под таможенную процедуру и продаваемый по межправительственным соглашениям.
Подобная мера в отношении авиационного керосина в России вводится впервые. Ранее под нее попадали бензин и дизельное топливо, продажа которых, в том числе и производителями, на внешнем рынке не разрешена до сих пор. В прошлом году, несмотря на ограничения, в ряде регионов наблюдался дефицит топлива. И вот теперь для обеспечения стабильной ситуации на внутреннем топливном рынке из страны запрещено вывозить керосин.
Эксперты и политики склонны оценивать ситуацию с нефтепродуктами как стабильную. Несмотря на высокий сезон, отрасль, по мнению представителей Минэнерго, готова к сезонному росту спроса, а внутренний рынок топлива остается стабильным. Аналогичную позицию выражает глава Минтранса А. Никитин, заявивший, что ведомство не фиксирует дефицита авиакеросина на внутреннем рынке. С ними согласен вице-премьер А. Новак, который в своем выступлении на ПМЭФ в начале июня отметил, что рынок топлива в России стабилен, а рост цен на большей части АЗС не превышает уровня инфляции.
Но факты противоречат успокоительным заявлениям. С начала текущего года ленты новостных каналов бомбардировали новости о повреждениях нефтеперерабатывающих производств. Атакам беспилотников подверглись не менее полутора десятков заводов. Их совокупные мощности составляют около 30 % по выпуску бензина и почти четверть по выпуску дизтоплива. Конечно, степень повреждения бывает различной, на ремонт одних требуется несколько часов, другие можно устранять месяцами, поэтому судить о сокращении производства нефтепродуктов по этому показателю нельзя. А вот по косвенным данным можно. Так, о снижении производства топлива говорит сокращение объемов выпуска сопутствующих продуктов, например, таких как техническая сера (получаемая на НПЗ в результате сероочистки нефти, экспорт которой попал под запрет еще в прошлом году) и кокс (получаемый на НПЗ в процессе коксования тяжелых нефтяных остатков). Предположение подтверждают и данные биржи: 20 мая продажа бензина на СПбМТСБ упала до трехлетнего минимума. Это сказалось на стоимости нефтепродуктов. С начала 2026 г. бензин подорожал на 4,8 %, дизтопливо – на 4,2 %. За год АИ-92 подорожал на 19 %, АИ-95 – на 24 %. Выросли цены и для потребителей.
Но если для одних автомобилистов цены просто выросли (хотя и не столь значительно, как на бирже), то другие и вовсе вынуждены приобретать топливо по талонам или в установленном ограниченном количестве. Начавшая ощущаться в новых регионах в середине мая напряженность с поставками топлива в конце месяца вылилась в запрет продажи в Крыму в одни руки более 20 литров бензина марки АИ-95, а в Севастополе бензин можно было купить только по талонам. С 31 мая на двух крупнейших АЗС, как сообщил глава региона С. Аксенов, АИ-95 отпускается в первую очередь для коммунального и социального транспорта. По заявлению Минэнерго, ситуация находится на контроле у президента, что уже говорит о серьезности положения.
Предвидя сценарий, при котором российские НПЗ не смогут стопроцентно удовлетворить внутренний спрос, правительство создало экономические стимулы для импортеров, в качестве которых рассматриваются белорусские нефтепереработчики, готовые в случае необходимости поставлять в Россию порядка 200 тыс. тонн бензина, в частности на них были распространены демпферные выплаты и обнулена ввозная пошлина.
Необходимость обеспечения стабильной ситуации на внутреннем топливном рынке – задача актуальная не только для нашей страны. Ближневосточный конфликт привел к нехватке нефти и нефтепродуктов в европейских странах. В этой связи Великобритания даже пошла на смягчение санкций и разрешила поставки в страну нефтепродуктов, произведенных из российской нефти. Однако нефтепереработчики третьих стран, также страдающие от закрытия Ормузского пролива и подскочивших цен на нефть, не очень заинтересованы в увеличении объемов производства (для этого им надо купить дорогую нефть и найти способ доставить ее потребителям обходными путями).
Основной экспортер топлива, заменивший поставки с Ближнего Востока – США, может сократить партии топлива, направляемые в Европу из-за необходимости производства бензина для своего внутреннего рынка. До начала американо-иранского конфликта импорт европейскими странами керосина с Ближнего Востока составлял 75 % внутреннего потребления, Соединенные Штаты, даже увеличив поставки к середине года, не компенсируют этот объем. Недостающие партии могла бы восполнить Россия, ведь из-за санкций она отказалась от части воздушных перевозок и ее внутреннее потребление авиационного керосина сократилось.
На этом фоне запрет на экспорт авиационного керосина из России, к тому же в разгар сезона, может особенно болезненно сказаться на импортерах.
Так может в этом и смысл? Поставлять керосин, высокомаржинальный продукт, конечно, выгоднее, чем сырую нефть, к тому же его цена с начала мая в Европе выросла на 68 %. Но для этого надо иметь бесперебойно работающие мощности. А увеличив дефицит на рынке авиационного топлива запретом на его экспорт, можно увеличить продажи сырой нефти странам, готовым переработать ее в нефтепродукты. В то же время цена на нефть тоже выросла, и импортеры готовы покупать ее по этой цене, ведь мир, стоящий на пороге топливного кризиса, может хорошо заплатить за произведенные из этой нефти бензин, дизтопливо и керосин.
